Путь:

Театр кукол им. А.К. Брахмана

Жизнь как оберточная бумага

Фокусы и трюки на Чеховском фестивале

Филипп Жанти, которого называют магом и волшебником театра, обязательный гость Чеховского фестиваля. На этот раз он показал, пожалуй, самый грустный свой спектакль — “Неподвижные пассажиры”. Несмотря на апокалиптический финал, он все-таки оставил шанс человечеству в виде резинового пупсика.

Мастер любит возвращаться к своим старым спектаклям: “Неподвижные пассажиры” не исключение, с той только разницей, что некогда единственного “пассажира” он размножил. На картонной коробке с надписью fragil уместилось аж семь человек. Коробка мечется по бушующему морю, естественно, тканому, а сгрудившиеся на картонном “ковчеге” люди по очереди теряют конечности. Исчезают и появляются то руки-ноги, то головы.

Жанти выложил все козырные карты своего уникального мастерства. Трюки с ящиками, куклами, целлофановыми мешками и упаковочным материалом… Тантамарески как вид кукольного театра… бесконечная иллюзия — всё он собрал в своих “Пассажирах”, которые мечутся по стихии жизни и не могут найти общий язык. Прежде всего с самими собой — и в этом, по мнению Жанти, главная проблема человечества.

— В моих “Неподвижных пассажирах” присутствует и политический подтекст, — говорит режиссер. — Я говорю о кризисе, о торжестве алчности, о крушении утопий, национальной идентичности, о ношении паранджи. Но меньше всего на свете я хотел бы растерять свою поэтическую силу.

Что-что, а поэтический взгляд на мир составляет основу и суть творчества великого француза. Она прорывается даже в самых жестких сценах: например, доведенные до истерики пассажиры отрывают у резиновых куколок конечности и разбрасывают их по пустыне. Юмор не оставляет Жанти ни на минуту: головы артистов смонтированы с кукольными телами, абсолютно голыми.

Море из синего шелка в третьей части сменяется океанической пеной из специального нежного пластика. И Жанти в очередной раз заставляет восхититься мастерской работой с простыми вещами, мобилизованными художником на философские обобщения. Но в новом спектакле не стихия, а оберточная бумага невнятного цвета становится метафорой человечества. Человечество имеет вид обездоленного, помятого, скитающегося с места на места в попытке обрести целостность и покой. Изумительная работа со светом (Филипп Жанти и Тома Добружкес). Есть в этой компании и еще один, восьмой пассажир — это специально написанная музыка Анри Торга и Сержа Уппена.