Путь:

Театр кукол им. А.К. Брахмана

Блаженство без сюжета

"Por Vos Muero" в Музыкальном театре имени Станиславского и Немировича-Данченко

Музыкальный театр имени Станиславского и Немировича-Данченко пополнил свой репертуар вторым балетом Начо Дуато: к гимну природе "Na Floresta" ("В лесу") добавился исторический мадригал "Por Vos Muero" ("За вас приемлю смерть") на музыку испанских композиторов эпохи Возрождения и стихи Гарсиласо де ла Веги. ТАТЬЯНА КУЗНЕЦОВА поздравляет труппу с удачным и своевременным приобретением.

Своевременным потому, что с начала этого года — с тех пор как Начо Дуато стал художественным руководителем Михайловского театра — петербуржцам принадлежат эксклюзивные права на постановку и исполнение его балетов в России. Однако Музтеатр Станиславского успел первым: еще в 2009 году москвичи поставили (и отлично исполнили) "Na Floresta" и тогда же заручились согласием хореографа на постановку "Por Vos Muero" — балета, сочиненного в 1996 году для Национального театра танца Испании, которым Начо Дуато руководил 20 лет.

Спектакль был выбран москвичами по принципу контраста, насколько возможно применить это слово к творчеству хореографа Дуато, сохраняющего всю жизнь верность излюбленной лексике и форме спектакля. Его стиль, сформировавшийся под мощным воздействием Иржи Килиана еще в 1980-е, в пору работы в Нидерландском театре танца, все годы сохраняется практически неизменным. Сюжетные спектакли не его конек, актерство и театральная режиссура — слабое место. Лучшие балеты Дуато — одноактные композиции с вольным чередованием дуэтов, соло и ансамблей, с мерцающим потоком нежных гармоничных движений, ласкающих глаз даже в тех случаях, когда хореограф говорит о смерти или темных инстинктах. Законченный лирик, он любую конкретику норовит перевести на язык метафор. Юмор его не заборист, пафос не плакатен, а глотающие пространство размашистые танцевальные комбинации пронизаны мельчайшими телесными импульсами. Так что передать все богатство хореографии Начо Дуато могут лишь танцовщики, не проглатывающие ни единой ее подробности.

Дюжина артистов Музтеатра Станиславского, уже прошедших школу "Na Floresta", хореографа не обкрадывают — "Por Vos Muero" исполнен ими с благоговейной тщательностью и редкой внутренней свободой. Этот признанный шедевр предстает таким, каким его придумал Начо Дуато: сладостной мечтой о "золотом веке" Испании — эпохе, когда церемонная куртуазность возводила любовь в ранг почти религиозного ритуала, а кавалеры, владея пером так же виртуозно, как шпагой, посвящали своим дамам канцоны, подобные звучащим в спектакле. "Рожденный ради вас, живущий вами, я из-за вас приму — приемлю! — смерть" — от такого любая потеряет голову.

Впрочем, историческими реалиями спектакль отнюдь не перегружен: дамы одеты в пышные, но легкие платья, кавалеры — в стилизованные полупрозрачные колеты. Однако детали умело направляют воображение. За ширмами и пурпурными драпировками задника мерещится лабиринт коридоров Эскориала; кадильницы с ладаном дымятся в руках танцующих мужчин, напоминая о суровой истовости испанского католицизма; призрак придворных празднеств выглядывает из-за белых масок, прикрывающих лукавые лица дам; эхо старинных гальярд и курант отдается в современных па.

Цепь эпизодов, патетических и шутливых, интимных и церемонных, мечтательных и ироничных, замкнута прологом и эпилогом. Начо Дуато начинает и завершает балет адажио обнаженных (точнее, прикрытых телесного цвета комбинезонами) пар, намекая на то, что любовь вечна и неизменна со времен Адама и Евы. Но даже без этого жизнеутверждающего вывода балет "За вас приемлю смерть" способен погрузить в томное блаженство всех, кому повезло его увидеть,— без различия возраста, пола, национальности и классов образования.