Путь:

Театр кукол им. А.К. Брахмана

Не то же, но по-русски


"Casting/Кастинг" в Театре имени Моссовета

В пятницу и в субботу в Театре имени Моссовета сыграли премьеру «Casting/Кастинг». Юрий Еремин, кажется, уже по привычке сам написал пьесу по мотивам либретто Джеймса Кирквуда «A Chorus Line». Одноименный бродвейский мюзикл в эти же дни можно было увидеть в Атланте, на этой неделе мюзикл споют и станцуют еще в пяти американских городах, а спектакль Еремина снова сыграют в субботу.

Мюзикл «A Chorus Line» многие знают по фильму «Кордебалет» Ричарда Аттенборо, который часто показывают у нас то на одном, то на другом телеканале. Юрий Еремин не стал далеко отступать от оригинала: и у него, как и в фильме и, вероятно, у Кирквуда, директор бродвейского мюзикла занят «текучкой» – после предварительного отбора осталось 17 кандидатов, теперь из них надо выбрать восемь. В фильме режиссера играет Майкл Дуглас. Пожалуй, главное отличие спектакля от канонического мюзикла – гендерное, в спектакле режиссера и хореографа играет Алла Сигалова, сама – известный хореограф. Помня, что именно она ставила пластику в легендарных «Служанках» Романа Виктюка, ее вполне можно назвать фигурой легендарной. Подробности ее биографии Еремин бросает в топку спектакля: в одном месте Тимур Шмелев (Евгений Вальц) напоминает Анне Павловне (Алла Сигалова), как она ставила номер для Лаймы Вайкуле, а он соответственно танцевал, в другом – Григорий Харитонов (Антон Говердовский) показывает выход Мадам из «Служанок».

Одно из самых существенных отличий – в американском первоисточнике Зак отбирает кордебалет, а Анна Павловна в нашем спектакле ищет исполнителей на эпизодические роли. Одну из соискательниц играет Ольга Кабо и, раз уж так сошлось, тоже не упускает случая – признается, что ее часто путают с известной актрисой Ольгой Кабо, хотя она с детства влюблена в Галину Польских, и уж если бы она была на нее похожа, жизнь, конечно, сложилась счастливее бы...

Когда на сцену наконец – в начале второго акта, а затем – как подарок – в финале выходит Сигалова и танцует сама, публика, кажется, без исключения, зажигается и получает максимум удовольствия. Глаз у нее горит, энергия – в жесте и в движении прежде всего внутренняя, от чего каждое движение – еще убедительнее и содержательнее. Впрочем, публика живо откликается, и когда свои домашние заготовки показывают участники проб, их танцы, кстати, тоже ставила Сигалова. Так что «Кастинг» вполне можно назвать хрестоматией ее хореографических поисков, а Еремин в таком случае выступает в роли Евгения Гинзбурга, который в свое время был непревзойденным мастером в этом жанре. Но Еремин – не Гинзбург и вообще режиссер очень неровный. Какие-то несомненные удачи в его биографии стоят бок о бок с необъяснимыми работами. Скажем, на сцене Театра имени Моссовета в прошлом сезоне он выпустил спектакль «Царство отца и сына» по двум трагедиям Алексея Константиновича Толстого – о Грозном и Федоре Иоанновиче, где первого играет Александр Яцко, второго – Виктор Сухоруков. Спектакль эффектно и убедительно смонтирован в двух с половиной часовое действо.

В «Кастинге» нет этой самой убедительности, искусство перевода, которое режиссер проявил в работе с двумя тяжеловесными стихотворными трагедиями, не далось Еремину в работе с хорошо сделанным американским продуктом. Вмешательство, правка – торчат, как чужие уши. А есть и просто какие-то невообразимые для профессионала уровня Еремина просчеты: после каждого танца каждого из претендентов публика аплодирует, и каждый раз в этих местах что-то говорит хореограф (Алла Сигалова). То есть примерно 17 ее реплик никто не слышит, они тонут в аплодисментах.

В американском мюзикле, конечно, было не обойтись без политкорректных историй, за ними следом поплелись теперь и мы, соответственно Харитонов, сын военного, рассказывает – очень, впрочем, целомудренно и обиняками, – как «проснулся» геем, как эту инаковость обнаружил в себе. Долидзе (Лилия Болгашвили) приехала из Тбилиси, другой парень, армянин, – беженец из Баку, третья, Диана Контрерос (Марина Петренко) – потомок «детей Испании», вывезенных в конце 30-х в СССР... Полный интернационал. Плохо то, что американское простодушие «у них» – естественное, а вложенное в уста сегодняшних наших молодых людей эту естественность теряет начисто. Вот эта фальшь, конечно, мешает. Диалог Анны Павловны со своим давним знакомым Михаилом Новиковым (Алексей Овечкин), партнером «на всех уровнях», – набор каких-то фанерных щитов, сплошные схемы, живые люди, конечно, разговаривают проще.

Искусство перевода – сложное. Слово – в танец, с американского – на русский. Когда в финале выбирают восемь, понимаешь, что жалеешь одну-единственную, которой 37 лет и для нее это – последний шанс. Ее играет Ольга Кабо. Другие уходят – ну и ладно, бог в помощь. Запомнились немногие, больше других – Антон Аносов, колоритный, на других непохожий. Больше всех – Анатолий Адоскин, старый актер, который время от времени проходит из одних дверей – к другим и обратно. Два-три-четыре движения и – срывает аплодисменты. Мастер.

А танцуют хорошо. Зажигательно танцуют.