Путь:

Театр кукол им. А.К. Брахмана

Маленького обидеть всякий может


Театр армии открыл Большую сцену премьерой

Большая сцена Театра армии, одна из самых больших театральных площадок Европы, рассчитанная на полторы тысячи зрителей, теперь может похвастаться новым, суперсовременным светозвуковым оборудованием. Говорят, что это будет звучать и выглядеть абсолютно фантастически. Правда, пока в премьерном спектакле «Зачем вы меня обижаете?..» новое оборудование вовсе не задействовано. Да и сама постановка Бориса Морозова (добавившего к уже шедшему спектаклю «Шинель» вовсе не нужную ему вторую часть по рассказу Чехова «Свадьба») кажется попавшей на отремонтированную Большую сцену бедной родственницей.

На Большой сцене Театра армии прекрасно смотрятся батальные сражения и грандиозные массовые сцены. Именно здесь Штайн показывал свою монументальную «Орестею», да и мюзиклы могли бы здесь иметь особый резонанс. Но немногочисленная публика драматического театра решительно теряется в громаде зала, рассчитанного на дивизию в полном составе. Теряется и глохнет в степных просторах сцены и тихий всхлип гоголевского Акакия Акакиевича: «Господа, зачем вы меня обижаете?» Да и камерная «Свадьба» Чехова с ее тщательно выписанными репликами и вылепленными силуэтами гостей также не рассчитана на такие размеры.

В результате, чтобы обменяться репликами с партнером, исполнители кричат через сцену: «Пет-ро-ви-и-ич! Мне нужно подштопать ши-не-е-ель!!!» А чтобы обратиться к свадебным гостям так, чтобы и в зале было слышно, несчастному капитану 2-го ранга Ревунову-Караулову приходится лезть на накрытый стол и вещать оттуда, как Ленин с броневика.

Трудности понимания классических текстов усугубляет то обстоятельство, что звук идет не непосредственно со сцены, а от расположенных по углам сцены динамиков, где он к тому же искажается и плывет (как будто решительно все актеры Театра армии поголовно шепелявят, пришепетывают и говорят немного в нос).

Впрочем, невнятная дикция исполнителей – не самый большой недостаток спектакля. Тем более что ее можно извинить еще и тем обстоятельством, что во второй части спектакля практически все исполнители щеголяют в накладных клоунских носах, еще больше затрудняющих произношение.

Согласно режиссерской задумке, все роли в спектакле исполняют мужчины. Поэтому все женское население «Шинели» и прибавленной к ней «Свадьбы» превращено в своего рода клоунов-трансвеститов: свекольные щеки, разноцветные носы, аляповатые платья и огромные ботинки.

Объясняя свой замысел соединения в одной постановке двух разноприродных текстов русских классиков, Борис Морозов подчеркивал объединяющую их тему «обиды маленького человека». Нищего переписчика Акакия Акакиевича и отставного полковника Ревунова-Караулова играет один актер Федор Чеханков. Он же читает авторские отступления. Бенефисную ориентацию спектакля на одного актера подчеркивает и превращение всех остальных персонажей в безликую массовку, бестолково суетящуюся на сцене вокруг героя и устраивающую разнообразные забавные кунштюки.

Однако прием, долженствующий подчеркнуть «человечность» главного героя, срабатывает в абсолютно другом направлении. На фоне клоунской толпы и Акакий Акакиевич, и особенно Ревунов-Караулов кажутся довольно занудными резонерами, некстати попавшими в клоунское шоу. Клоунские проделки, даже злые, могут разозлить, но по определению никак не могут быть предметом обиды. Вопрос «Зачем вы меня обижаете?» можно обратить к равным или вышестоящим, но никак не к цирковым униформистам.

И гоголевская история ограбленного и униженного бедного чиновника, и чеховская истории несчастного моряка, попавшего по недоразумению в свадебные генералы, в шутовской интерпретации теряют авторский смысл, не приобретая взамен иного, нового содержания. Ошибка на уровне режиссерского замысла заставляет сбоить все смысловые конструкции постановки Бориса Морозова. А неверный выбор пространства укрупняет и усугубляет все неточности, ошибки и недочеты спектакля.

Большую сцену Театра армии иногда называют театральным сфинксом: отгадаешь ее загадки, выигрыш будет огромным, а не удастся – сфинкс умеет «обидеть», как мало кто.