Путь:

Театр кукол им. А.К. Брахмана

Русалочка откинула пуанты


Еще один Ноймайер в Московском музыкальном театре

В год 200-летия гениального датского сказочника Джон Ноймайер оказался в числе так называемых послов Ганса Христиана Андерсена и был приглашен в Копенгаген поставить по одной из его сказок спектакль для Датского Королевского балета. В 2007-м состоялась премьера гамбургской редакции (хореограф руководит Гамбургским балетом с 1973 года). В афише Московского музыкального театра «Русалочка» сменяет его «Чайку», чей прокат, согласно контракту, завершился в этом сезоне.

В «Русалочке» Ноймайер увидел самую автобиографичную историю из всех созданных Андерсеном. Поэтому главным акт-мейкером в его спектакле становится Поэт (Дмитрий Романенко). Он почти не покидает сцену. Все происходящее – кошмар в его душе. А Русалочка (Анна Хамзина) не что иное, как воплощение этой самой мятущейся души. Известно, какой болью отозвалась в сердце Андерсена женитьба его лучшего друга Эдварда Коллина на Генриетте Тиберг. Как гласит либретто, во время морского путешествия Поэт вспоминает эту свадьбу, и «слеза медленно стекает по его щеке в море воспоминаний и фантазий. На морском дне тоска Поэта по Эдварду принимает вид Русалочки».

Авторство декораций, костюмов и концепция освещения также принадлежат Ноймайеру. Он придумал простой и остроумный ход – обозначать пространство с помощью светящихся трубок-волн. Если они опускаются ниже, действие происходит на земле. Если выше – в морской пучине. Опыт традиционного японского театра помог создать костюмы Русалочки и других морских жительниц. Московские балерины полгода учились двигаться в непомерно длинных и широких брюках, скрывающих ноги и создающих эффект струящейся воды. Пришедшие из японского театра слуги просцениума помогают Русалочке «плыть» в водяной невесомости, легко управляясь с «хвостом». И что-то уж вовсе фантастическое удалось сделать со знаменитыми русскими «поющими» руками. Они выдают такие виртуозные переливчатые «рулады», что поначалу просто поражаешься. Но проходит 10, 30, 90 минут… В конце концов от желания утопиться, глядя на однообразную рыбью пластику, удерживает лишь то, что, утопившись, окажешься ж под водой, а там – оно.

Провожая безрассудную Русалочку на землю, Морской колдун (Дмитрий Хамзин) выразительными жестами объясняет: ты, глупая, делаешь себе харакири. Явившаяся пред очи Принца (Семен Чудин), она выглядит не беззаветно любящим прекрасным существом, а нелепым, неуклюжим зверьком. И непонятно, почему, собственно, успешному молодому человеку не полюбить эффектную девчушку своего круга – Принцессу (Наталья Сомова)? Почему не жениться? Но столь традиционное решение Ноймайеру представляется пошлым. Несмотря на то что в многочисленных интервью он утверждает: любимый тобой вовсе не обязан любить тебя в ответ. И все же не любящих (или попросту не замечающих) Русалочку он делает напыщенными и самовлюбленными, хоть и красивыми, лощеными. Ну да, ведь Русалочка – аватар страдающего Поэта. Между тем ее страдания не метафоричны, а натуральны иногда до гадливости. Страдает не душа, а разодранная о камни плоть и не знавшие гравитации кости (Принц, впрочем, перед тем как начать тонуть, тоже вполне картинно мучается морской болезнью). В общем, не в свои сани не садись. А то окажешься в инвалидном кресле. Куда Русалочку недолго думая и усаживают.

Все это происходит под музыку, которая перед премьерой преподносилась как нечто едва ли не сенсационное. Покинувшая в 17 лет Россию уроженка Челябинска Лера Ауэрбах сделала успешную карьеру на Западе. На родине ее знают мало. «Нет пророка в своем отечестве», – горько сетует Лера. Хотя музыка показалась до навязчивости знакомой. В резюме композитора – названия престижных школ и сцен, громкие имена исполнителей, почетные награды. В ее музыке – Бетховен и Гаврилин, Шнитке и «Цыпленок жареный, цыпленок пареный». Под одесскую мелодию лихо отплясывают на палубе подвыпившие матросы, недвусмысленно намекая на несовершенство мира реальности. Они же, сально хихикая, уводят с собой ничего не понимающую Русалочку. То и дело становясь посмешищем, мучаясь клаустрофобией в непривычных четырех стенах, она упорно стремится очеловечиться. Надевает пуанты. Танцует. Но в конце концов с яростью развязывает ненавистные ленточки и откидывает пуанты в сторону.

В финале, воссоединившись с Поэтом, Русалочка обретет-таки вожделенную бессмертную душу. Во всяком случае, увидит небо в электрических алмазах. А зритель наконец отдохнет.